«Нельзя ошибаться в главном»

Ныне принято охаивать все, что связано с именем нашего соотечественника Т. Д. Лысенко в теории наследственности, в теоретической биологии. Но вдумаемся в выдвинутые им задачи - пусть они и остались декларациями. В них найдется много родственного модным и ныне призывам, трактовкам. О системном характере наследственности, о необходимости учитывать большее, чем принято, число факторов наследственности говорили Г. А. Лопашов, И. И. Шмальгаузен, М. М. Камшилов, Н. П. Дубинин, Э. Дэвидсон, А. П. Юдин, М. Д. Голубовский и другие ученые.

Нельзя не согласиться и с требованиями формирования биологии развития, перед которой на словах Т. Д. Лысенко ставил, по сути, те же задачи, о которых впоследствии говорили Н. В. Тимофеев-Ресовский, Б. Л. Астауров, другие.

Приходится признать правильными выводы Т. Д. Лысенко и по такому важному вопросу, как трактовка роли доминирования в индивидуальном развитии. Генетики, утверждал он, абсолютизировали это явление в своих схемах скрещивания, не пытаются вскрыть его глубинные физиолого-биохимические и возможные иные механизмы. Он утверждает, что не может быть и речи о консерватизме доминантных генов, что таких генов вообще нет, как нет и рецессивных генов. Все зависит от конкретных условий, в которых развивается то или иное конкретное наследственное начало. Доминирование признаков у растений, как показал еще И. В. Мичурин, зависит, напоминает Т. Д. Лысенко, даже от типа почвы, на которой оно растет.

Что же мы имеем в настоящее время в области представлений о существе явления доминирования? «Правильнее говорить о доминантности и рецессивности не гена, а признака, …правило единообразия есть закономерность не генотипа, а фенотипа», явления расщепления «имеют прямое отношение не к передаче генов, а к взаимодействиям их эффектов при развитии» - этим выводам современной генетики, обобщенным А. Е. Гайсиновичем, порадовался бы агроном-реформатор.

Выдвинув отдельные верные положения, Т. Д. Лысенко в главном - в вопросе о существе тех механизмов наследственности, к изучению которых он призывал, ни на шаг не продвинул теорию наследственности. Ибо он неправомочно гипертрофировал роль одного фактора наследственности - внешней среды. В организме, справедливо обращал он внимание, нет конкретно заданных признаков - озимости, яровости, зимостойкости, остистости и т. п.; любой признак формируется в результате индивидуального развития наследственного основания в тех или иных конкретных условиях внешней среды. И далее, игнорируя факты, он утверждал, что, манипулируя исключительно такими внешними факторами, как условия питания, минеральный состав почвы, температура, влажность, освещенность, можно творить чуть ли не чудеса в области формо- и видообразования.

«Можно делать много мелких ошибок, но нельзя ошибаться в главном» - примерно так можно перевести одну из мудростей Востока. Преувеличение значения внешних факторов индивидуального развития - одна из тех роковых ошибок, которые не позволили Т. Д. Лысенко подвести «материальную базу» под высказанные им верные положения. Этому способствовала и переоценка научного значения данных, полученных им при изучении явления яровизации. Н. И. Вавилов в 1933 году определял значение работ Т. Д. Лысенко по яровизации как «крупнейшее достижение в области физиологии растений и связанных с ней дисциплин», как «одно из крупнейших открытий в мировом растениеводстве». А сформулированное на базе изучения явлений яровизации учение о стадийности - как открывающее «исключительные возможности» для выведения новых сортов.

Однако в действительности приоритет в описании явлений типа яровизации принадлежит не Т. Д. Лысенко, а немецкому ботанику Г. Гаснеру, опубликовавшему свои наблюдения еще в 1918 году в немецком «Ботаническом журнале». Яровизация - это особый прием обработки посевного материала, позволяющий изменять ход развития растительного организма, как бы переключать каналы этого развития. Например, можно превратить озимую форму в яровой сорт и наоборот.

Уже в январе 1929 года на Всесоюзном съезде по генетике, селекции, семеноводству и племенному животноводству Т. Д. Лысенко заявляет, что он знает, как посредством яровизации, а именно с помощью воздействия холодом на прорастающие зерна пшеницы, можно поднять урожайность посевов. В последующие четыре года на букву «Я» начинается или со словом «яровизация» включительно публикуется львиная доля отчетов о его работах - десятки наименований. В 1935 году выходит в свет первое издание обобщающего труда «Теоретические основы яровизации», возвысившего «Я» Лысенко до уровня общебиологического обобщения. Теоретическая ценность работ по яровизации, пишет он сам, состоит в том, что «этот метод кладет начало сознательному управлению развитием растений». Ни больше, ни меньше.

Явление яровизации Т. Д. Лысенко рассматривал как проявление универсальной и наиболее важной, по его мнению, особенности индивидуального развития - его этапности («стадийности») .

«Теория стадийного развития есть общебиологическая теория, и именно поэтому она имеет выход во все разделы агробиологической науки» - напишет он в предисловии к упомянутому труду по яровизации. «Стадийные процессы суть самые сокровенные процессы, присущие живым растениям; … открыть биофизику и биохимию стадийных процессов - это значит открыть биофизику и биохимию самых интимных процессов жизни растительной клетки. Эта труднейшая задача будет решена в свое время. Но к ней ведет сложный путь познания».

Идея о существовании определенных качественно отличных этапов в развитии любого организма, не только растительного, в основе своей рациональна. В частности, представление о фазовости, этапности онтогенеза растений развивали еще В. Гете, А. П. Декандоль, А. Шимпер, И. Леваковский, В. Гофмейстер, Г. Габель, И. Турнуа, Г. Клебс, Г. Гаснер, В. Гартнер, Г. Аллард, К. А. Тимирязев, И. В. Мичурин. Взаимодействие внешних и внутренних факторов индивидуального развития на разных его этапах до Т. Д. Лысенко изучали Н. А. Максимов, Н. П. Кренке, П. Г. Шиитке, А. А. Долгушин, И. М. Толмачев. Так что, с одной стороны, у него было много предшественников, разрабатывавших представление о роли стадийных процессов в онтогенезе.

С другой стороны, понятным становятся те порой в высшей степени положительные оценки, которых удостаивались разработки этого вопроса Т. Д. Лысенко со стороны отечественных физиологов растений, на что обратила внимание К. В. Манойленко (устное сообщение). Однако в отличие от Т. Д. Лысенко его коллеги-биологи, занятые изучением процессов стадийности, видели в этапном, фазовом характере индивидуального развития хотя и важную, но частную особенность онтогенеза. Т. Д. Лысенко же попытался возвести это частное явление в ранг основополагающего стержня теории наследственности.

Формированию правильных представлений о значении теории стадийного развития в учении о наследственности способствовали критические работы В. О. Казаряна, П. Н. Константинова, П. И. Лисицына, Д. А. Сабинина, В. В. Скрипчинского, М. X. Чайлахяна и других исследователей, справедливо обративших внимание на такие недостатки этой теории, как отрыв явлений роста от явлений развития, одностороннее увлечение чисто внешними факторами регуляции формообразования, нереальность многих практических рекомендаций, ею подразумевавшихся.

Предпринятая Т. Д. Лысенко попытка отождествить закономерности стадийного развития с самой теорией наследственности, с ее законами - это очередное заблуждение биологии. Ибо и здесь мы имеем не такой уж редкий для этой науки случай, когда частное пытаются возвысить до уровня всеобщего. Ведь помимо стадийности, этапности, индивидуальное развитие характеризуют и другие столь же неотъемлемые, но опять же частные характеристики: иерархичность, пороговые эффекты, балансовая регуляция формообразования и пр.

Т. Д. Лысенко, однако, не понимал необходимости да и не считал нужным дополнить свой односторонний подход данными, полученными с помощью изучения этих явлений, иными подходами, и в этом его трагедия. Ратуя на словах за системный анализ механизмов биологической наследственности, он на самом деле развивал односторонний, антисинтетический подход.

Ныне общепризнано, и об этом еще пойдет речь, исключительное значение процессов синтеза белков на базе ДНК и РНК в реализации наследственных явлений. В анализе механизмов именно и только этих явлений пытаются видеть пути к овладению секретами процессов наследственного осуществления.

Не напоминает ли такой подход методологию научного поиска, лежавшую в основе претенциозных разработок агробиолога и агронома-теоретика Т. Д. Лысенко?